История болзни больного псориазом
После поднятия тежелого заболело в правом боку печень форум
,

Мать АлександраМать Александра

Мать Александра (Мельгунова Агафья Семеновна)

В 1760 году на пути из Киева в Саров вдова полковника Мельгунова Агафья Семеновна остановилась отдохнуть у церкви в селе Дивеево. Здесь во сне ей явилась Пресвятая Богородица, которая указала ей навсегда остаться в Дивееве, построить здесь новую каменную церковь и основать женскую общину. В Дивееве Царица Небесная решила обустроить Свой последний, Четвертый жребий после Иверии, Афона и Киева.

В то время село Дивеево было больше похоже на рабочий поселок, в нем жили рудокопатели. Атмосфера в селе была далеко не духовная, и поэтому Саровские старцы настоятель Пахомий и казначей Исайя посоветовали Агафье Семеновне вначале поселиться недалеко от Дивеева в деревне Осиновка. Там у вдовы Зевакиной был отдельно стоящий флигель, где и поселилась Агафья Семеновна вместе со своей дочерью.

Но случилось так, что дочь Агафьи Семеновны заболела и вскоре умерла. После смерти дочери, выполняя обет, данный Божией Матери, она приступает к строительству каменной церкви. Она едет к себе на родину, продает все свое имущество, а затем навсегда возвращается в Дивеево.

Агафья Семеновна на месте деревянной строит новую каменную церковь в честь иконы Казанской Божьей Матери. Церковь закладывается в 1767 году, строительство продолжается более пяти лет. В 1772 году освящается главный придел, а через четыре года был освящен левый придел в честь Николая Чудотворца.

1775 год был неурожайным, и во всей округе наступил голод, но Агафья Семеновна продолжала строить храм. Видя тяжелое положение в селе, она просила крестьянских детей оказать посильную помощь в строительстве храма и за это подкармливала их.

В 1779 году был освящен правый придел в честь архидиакона Стефана. Из Казани Агафья Семеновна привозит точную копию иконы Казанской Божьей Матери, из Киева - частицы святых мощей, из Москвы - колокола, а из Саровского монастыря — старый иконостас.

Насколько богатой была Агафья можно судить по описанию иконы Казанской Божией Матери. «Она была в золотой ризе и украшена 16-ю настоящими уральскими изумрудами (смарагдами), настоящим жемчугом и одним на груди синим сапфиром. В короне были бриллианты и один рубин. Рубины малые были еще ив 6 других местах иконы. В нимбе были еще 16 прямоугольных изумрудов. И много других мелких камней. Вообще это была драгоценнейшая риза поразительной красоты».

Казанская

Список с Казанской иконы Божией Матери

После завершения строительства Казанской церкви Агафья Семеновна начала заниматься устройством женской общины, но для этого нужно было иметь участок земли. И в 1780 году происходит чудо - Дивеевский помещик Жданов со своей женой решили пожертвовать землю рядом с Казанской церковью для женской обители. На этой земле Агафья Семеновна по благословению Владимирского епархиального начальства построила три кельи и обнесла их забором. Одну келью она взяла для себя, в другой должны были жить послушницы, а третья келья предназначалась для приема паломников, проходящих через Дивеево в Саров.

Первыми сестрами, которые стали жить с Агафьей Семеновной, были Евдокия Мартынова из села Вертьянова, вдова Баташева Анастасия Кирилловна, Фекла Кондратьевна и Ульяна Григорьевна. Так образовалась первая женская община, получившая название Казанской.

Агафья Семеновна часто бывала в Саровском монастыре и советовалась с настоятелем монастыря отцом Пахомием. Она делала вклады на строительство большого Успенского собора в Саровском монастыре. Настоятель Пахомий взял над дивеевскими сестрами духовное руководство и согласился обеспечивать вновь образованную общину питанием из трапезной Саровского монастыря. А сестры, занимаясь рукоделием, шили Саровским монахам одежду.

В 1789 году Агафья Семеновна тяжело заболела. Отец Пахомий, зная о болезни матушки, по пути в село Нуча заехал в Дивеёво, чтобы ее проведать. Вместе с ним были казначей Исайя и послушник Прохор Машнин, будущий великий молитвенник земли русской преподобный Серафим Саровский.

Чувствуя приближение смерти, Агафья Семеновна попросила Саровских монахов ее соборовать. Перед смертью она приняла схиму с именем Александра. Было ей всего 55 лет. Еще она попросила взять опекунство над женской бщиной, основанной по благословению Божией Матери. Матушка Александра передала отцу Пахомию все средства, которые у нее остались от продажи ее большого имущества.

После кончины 13 июня 1789 года (по некоторым данным, в 1787 году) матушки Александры Казанской общиной семь лет управляла одна из сестер - Анастасия Кирилловна. За это время количество сестер увеличилось до 52 человек. Дивеевские сестры бережно относились к оставшимся после матушки Александры немногочисленным вещам. В ее сохраненной келье висели два портрета матушки. Один из них считался чудотворным, при нем происходили исцеления.

В архивных документах первое упоминание о Дивеевской женской общине относится к 1808 году. В 1825 году священник Василий Садовский пишет, что «в селе Дивеево близ церкви на земле госпожи Ждановой имеется дом, называемый общиною, в котором живут разных сословий вдовы и девицы человек до 30-ти. Ведя жизнь монастырскую, пита-ются от посильных трудов своих и благотворении родственников».

После Анастасии Кирилловны настоятельницей стала Ксения Михайловна Кочеулова, которая управляла общиной 43 года. При опросе настоятельницы Ксении Михайловны в 1828 году выяснилось, что «ей 74 года, и она третья по счету настоятельница, и не знает с чьего позволения община заведена, потому что ее предшественницы ей никаких письменных документов не оставили». Далее она дополняет, что «когда не велико было собрание сестер», то еду сестры получали с трапезы Саровского монастыря за шитье свиток, вязку чулок и прядение ниток. А когда количество сестер умножилось, то стали «дневное пропитание добывать от занятий по способностям: шитья риз и церковной утвари, уборкою фольгою образов, прядения льна, тканья холстов и сукон, плетения лаптей...»

Ксения Михайловна стремилась к суровому образу жизни и придерживалась строгого устава Саровского монастыря. Сестры ходили в монашеской одежде и исполняли различные послушания.

Преподобный Серафим Саровский попросил Ксению Михайловну заменить строгий порядок жизни сестер на более мягкий, но она воспротивилась и ответила старцу, что как жили они по обету, данному настоятелю Пахомию, так и будут жить дальше.

В 1825 году, когда преподобный Серафим Саровский окончательно вышел из затвора, ему явилась во сне Богородица и предложила устроить в Дивееве новую девичью общину. Она сама назвала сестер, которые должны были в нее перейти из Казанской женской общины.

После этого видения отец Серафим стал устраивать в Дивееве новую девичью общину. В 1827 году он собрал деньги на строительство ветряной «мельницы-питательницы». Землю под мельницу пожертвовала Вера Андреевна Постникова, родственница братьев Баташевых. Строительство вел М.В. Мантуров, главный помощник отца Серафима в Дивееве.

Днем основания девичьей общины считается 9 декабря. В этот день преподобный Серафим пожелал «зачать» новую девичью общину. К лету мельница была готова. В нее перешли жить восемь сестер, образовав девичью общину, которую называли Мельничной. К осени для сестер построили отдельные кельи в две линии так, чтобы «мельница-питательница» оставалась посредине. Девичья обитель «вместо ограды была окружена вырытою земляною канавою на пространство 440 сажень». Управляла Мельничной общиной мещанка из города Ардатова Ксения Ильинична Потехина. Духовное руководство над сестрами осуществлял священник отец Василий Садовский.

Таким образом, в Дивееве одновременно существовали две общины: одну называли Казанской, другую - Мельничной. Две общины жили по своим келейным правилам.

Общины постепенно расширялись, к 1838 году в Казанской общине числилось уже 112 сестер, а в Мельничной - 103.

За двумя женскими обителями велось полицейское наблюдение. Это было связано с тем, что общины не были официально утверждены, и полиция должна была ставить их под наблюдение, чтобы в них не образовывались различные секты и не скрывались беглые люди.

Из отчетов полицейских видно, что «все живущие в общинах и кельях вдовы и девицы состоят в должном повиновении и послушании. И все ведут хорошо себя, и в поведении их ничего предосудительного не замечено, ибо жизнь их совершенно монашеская и трудолюбивая».

В обеих общинах в каждой комнате были старшие сестры, которые наблюдали за порядком и нравственностью сестер. И хотя сестры носили монашескую одежду, они не были пострижены в монахини. В обе обители принимались вдовы и девицы по рекомендации начальников и родственников с условием их увольнения от своих ведомств.

Количество сестер неуклонно росло, настала необходимость общинам расширять свои земельные владения. Но это было невозможно, так как общины не были приписаны к церкви и им нельзя было принимать пожертвования.

Нашлись благодетели, которые пожелали пожертвовать землю существующим в Дивееве женским общинам. Основным жертвователем земель был Николай Александрович Мотовилов, но он столкнулся с фактом, что дивеевские общины официально не зарегистрированы, не принадлежат к Православной церкви и не имеют юридического лица. Таким образом, пожертвовать им землю по закону было невозможно.

Назрела необходимость в официальном утверждении общин. В 1838 году Николай Александрович написал письма в Святейший Синод, епископу Нижегородскому и Арзамасскому Иоанну (Добронравову) и в Гражданскую палату об официальном признании двух общин. В 1839 году от Священного Синода пришло указание «безотлагательно... собрать надлежащие во всем удовлетворительные сведения о женских общинах».

Вот тогда начальницы двух общин написали прошения на имя епископа Иоанна об официальном утверждении женских общин. Начальница Казанской женской общины Ирина Прокофьевна Кочеулова 1 марта 1839 года в своем прошении писала: «Прошу... положить прочнейшее основание существующей общине нашей... под непосредственным покровительством Вашего Преосвященства... и на основании тех правил, какие по представлению Тамбовского Преосвященства даны для Темниковской общины».

Начальница Мельничной общины Ксения Ильинична Потехина (монахиня Клавдия) 3 марта 1839 года писала, что их «образ жизни составлен по правилам общежительных монастырей, соответственный нашему состоянию и полу и устными наставлениями от отца Серафима нам преподанные, которыми руководствуемся... Посему желая соблюсти завещания нашего отца и благодетеля... просим и молим Вашу святыню, Владыко, благоволите ради Бога и Божией Матери, коей в покровительство вручил он нас, принять под Святейшее милостивейшее свое покровительство и оставить нас в том виде и на том положении, в каком устроил отец наш и заповедовал нам оставаться батюшка Серафим... по примеру тому, в каких правах утверждена Святейшим Синодом община, состоящая в городе Темникове».

В августе 1841 года Екатерина Васильевна Ладыженская из города Пензы, будущая настоятельница женской общины, написала прошение в Нижегородскую Духовную консисторию и императору Николаю I о желании «передать в вечное владение крепостную землю... в сельце Осиновка».

По решению Святейшего Синода от 12 июня 1842 года две общины были соединены в одну и стали официально называться Серафимо-Дивеевской женской общиной с подчинением начальнице Казанской общины матушке Ирине Прокофьевне Кочеуловой. «Для единообразия и удобства в управлении Дивеевской общиною, разделенною ныне на две части, это разделение прекратить и подчинить одной старшей начальнице нераздельно, как было в начале ее основания».

С этого времени все пожертвования становились собственностью объединенной общины. После официального утверждения с нее навсегда снялся полицейский надзор. Ответственность за общину перешла на Нижегородскую епархию.

Вне всякого сомнения, для Девичьей общины это решение было бедствием, ведь не исполнялось указание батюшки Серафима, но и указ Святейшего Синода они не могли не исполнить. После объединения сестры решили жить не по правилам Саровского монастыря, а по заветам старца Серафима, по которым прежде жила Мельничная община.

Соединение общин привело к нежелательным последствиям. Благодетели Н.А. Мотовилов и М.В. Мантуров не желали жертвовать свои земли объединенной общине. Они хотели давать землю, но только каждой общине отдельно - по своему усмотрению.

В это время большое влияние на развитие общин оказывал послушник Саровского монастыря Иван Тихонович Толстошеев, который считал, что выполняет заветы, данные ему батюшкой Серафимом. Еще при жизни Серафима он бывал в дивеевских общинах и хорошо знал состояние их дел.

Именно ему отдал все материалы Н.А. Мотовилов после своей поездки в Курск, на родину преподобного старца Серафима. Там он собрал все сведения о нем и его родственниках. По этим материалам Иван Толстошеев написал одну из первых книг о жизни иеромонаха Серафима. Она вышла через несколько лет после кончины великого старца. В эту книгу вошло и жизнеописание основательницы Дивеевской обители матушки Александры. Толстошеев обладал способностями художника и еще при жизни отца Серафима написал его портрет в полный рост. Этот портрет хранится в кладбищенском храме преподобного Серафима Саровского в Санкт-Петербурге.

Серафим СаровскийЦерковь Серафима Саровского

Прижизненный портрет прп.Серафима, хранящийся в храме прп.Серафима Саровского на Серафимовского кладбище в Санкт-Петербурге

Церковь во имя святого преподобного Серафима Саровского на Серафимовском кладбище в Санкт-Петербурге

Прошло девять лет с кончины преподобного старца, и все эти годы послушник Саровского монастыря Иван Толстошеев с благословения игумена Нифонта принимал активное участие в жизни дивеевских сестер.

Среди сестер в объединенной общине наметились два направления, враждовавшие между собой. Одна часть сестер хотела жить по заветам, данным самим старцем Серафимом, а другая поддерживала деятельность Ивана Толстошеева.

К этому времени в женской объединенной обители проживало уже 473 сестры, а в самом Дивееве проживало всего 274 человека.

Для выполнения монастырских правил объединенной общине требовался большой храм, способный вместить сразу всех сестер общины.

В июле 1845 года нижегородский губернский архитектор Турмашев проводит работы по поводу строительства двух храмов: большого во имя Умиления Божией Матери и больничной церкви во имя Тихвинской Божией Матери. Указом Святейшего Синода от 13 ноября 1845 года дается разрешение «на постройку каменной церкви в честь Умиления Пресвятой Богородицы».

Из-за постоянных болезней матушки Ирины Кочеуловой временно исполняющей обязанности начальницы назначается девица из дворян Екатерина Васильевна Ладыженская, которая поступила в Мельничную общину в 1840 году из города Пензы.

Вследствие разногласий по земельным вопросам и дальнейшей жизни объединенной общины под давлением Толстошеева принимается решение строить только Тихвинскую церковь на каменном фундаменте. В июле 1846 года закладывается больничный храм, а строительство большого храма откладывается из-за того, что земля под него еще официально не утверждена, хотя все материалы на его постройку подготовлены.

В 1852 году Н.А. Мотовилов вновь поднимает вопрос о разделении объединенной общины на две. Но прошло уже десять лет со дня объединения Казанской и Мельничной общин, и за это время их хозяйства перемешались и все стало общим. Появились собственные строения объединенной общины, кельи Казанских сестер перенесли в Мельничное отделение.

Настоятельница Дивеевской общины Екатерина Ладыженская находится «в недоумении» по данному вопросу. Ведь великий старец Серафим говорил сестрам, что «придет время, будете вы все вместе, как единая семья!»

Матушка Екатерина делает все возможное, чтобы закрепить землю за объединенной общиной. Ее усилия увенчались успехом. В 1853 году вышло указание императора Николая I о закреплении за общиной всей пожертвованной земли.

Уже в 1854 году Ладыженская просит благословения на добычу железной руды из земли, принадлежащей общине. Деньги от добычи руды в будущем пойдут на строительство большого соборного храма.

В это время Н.А. Мотовилов, не добившись разделения общин, уезжает в свое Симбирское имение и начинает писать письма Николаю I о личной встрече, чтобы «изустно доложить слова Великого Старца Серафима», которые отец Серафим просил передать царю.

Иван Толстошеев, наконец-то ставший иеромонахом Иоасафом Оранского Богородицкого монастыря (прожив в Саровском монастыре 20 лет, он так и не был пострижен в монахи), по просьбе Великой княгини Марии Николаевны посылает в 1858 году в Санкт-Петербург трех сестер из Дивеевской обители обучаться «греческой иконописи и мозаике». К ним была приставлена Гликерия Васильевна Занятова специально «для надзора над нравственностью... и для исправления их экономических нужд».

Дивеевская женская община стала известна царской семье, и это, несомненно, было очень важно для дальнейшей жизни обители.

Необходимо отметить, что Гликерия Занятова сыграла весьма большую роль в жизни царской семьи. В 1860 году маленькая великая княжна Мария Александровна, дочь Александра II, заболела «перепончатой жабой». Болезнь прогрессировала, девочка тяжело стонала, а воздух проходил через ее горло со свистом и хрипом. Государь и императрица находились в крайнем беспокойстве, они уже потеряли одну дочь именно в таком возрасте. Нужно было найти выход из этой тяжелой ситуации. В это время Гликерия Занятова принесла полумантию отца Серафима, которая хранилась у священника, хорошо знавшего старца Серафима. Фрейлина императрицы Анна Тютчева в своих воспоминаниях пишет: «Я тотчас отнесла полумантию к больной, которую спросила: «Хотите, я вас покрою мантией Серафима?». «Дайте», - ответила она и, перекрестившись, совершенно просто произнесла: «Отче Серафим, моли Бога о мне». После этого она немедленно заснула, и сразу же ослабел хриплый свист в ее горле». Она еще проспала целый день и после этого быстро пошла на поправку.

Второй случай с мантией старца Серафима связан со смертью императрицы Александры Федоровны - матери Александра П. Она очень тяжело умирала, и когда ее покрыли мантией Серафима, ей стало гораздо лучше, и она сумела проститься со всеми своими родственниками и близкими. «Императрица-мать любила Серафима, верила в его святость. Говоря о нем, она называла его «своим добрым старичком».

В 1858 году 7 июля умирает Михаил Васильевич Мантуров, ему исполнилось 60 лет. Для матушки Екатерины Ладыженской это было сильным потрясением, ведь Михаил Васильевич был опорой для Серафимо-Дивеевской обители. Матушка Екатерина принимает непростое для себя решение покинуть обитель и уйти на покой. Казначей общины Елизавета Ушакова стала временно исполнять обязанности настоятельницы, но, зная плохое состояние дел в обители, решила вначале отказаться от этой должности.

В сентябре 1860 года в Нижегородскую епархию был назначен новый владыка Нектарий (Надежин). Он сразу потребовал от Елизаветы Ушаковой подать прошение о возведении Серафимо-Дивеевской общины в монастырь.

Святейший Синод, рассмотрев прошение, принимает решение образовать из Дивеевской общины женский монастырь. Такой указ новый владыка Нижегородский и Арзамасский получает в январе 1861 года, но только в мае епископ Нижегородский и Арзамасский приезжает в Дивеево и предлагает избрать настоятельницу монастыря путем вытягивания жребия.

За это время он сумел познакомиться с состоянием дел в Дивеевской общине, и выбор настоятельницы путем открытого голосования счел не лучшим. В церковной практике метод избрания путем вытягивания жребия практиковался. В этом случае считалось, что избрание происходит по воле Божией.

Преосвященный Нектарий настоял, чтобы сестры выдвинули три кандидатуры. Было подготовлено три конверта, в каждом конверте была записана фамилия возможной настоятельницы. Жребий пал на Гликерию Занятову.

Но в женской общине пользовалась авторитетом Елизавета Ушакова, и сестры хотели видеть настоятельницей именно ее. В монастыре, которым стала управлять Гликерия Занятова, еще сильнее стали проявляться разногласия.

Мотовилов, не согласившийся с выбором настоятельницы обители, обращается к московскому митрополиту Филарету (Дроздову) и наместнику Александро-Невской лавры архимандриту Антонию (Медведеву), которые хорошо знали старца Серафима. При их содействии вопрос о выборе настоятельницы с помощью жребия дошел до царя и Священного Синода.

В феврале 1862 года по поручению Святейшего Синода в Дивеево приезжает комиссия, чтобы разобраться с выбором настоятельницы. По результатам работы комиссии настоятельницей монастыря назначается Елизавета Алексеевна Ушакова. Она была в дальнем родстве с Иваном Игнатьевичем Ушаковым, настоятелем Санаксарского монастыря, и адмиралом Федором Федоровичем Ушаковым.

Игуменья МарияИгуменья Мария

Игуменья Серафимо-Дивеевского монастыря Мария (Ушакова). Начало ХХ в.

Игуменья Серафимо-Дивеевского монастыря Мария (Ушакова). Начало ХХ в. В.А.Степашкин.

«Преподобный Серафим саровский. Предания и факты.»

Выбранную по жребию Гликерию Занятову, которая управляла монастырем всего несколько месяцев, после сдачи монастырских дел удалили из монастыря вместе с двумя сестрами, которые активно ее поддерживали.

Гликерия Занятова уходит в село Понетаевку и образовывает еще одну женскую общину, которая в 1869 году становится Серафимо-Понетаевским монастырем.

Святейший Синод для наведения мира и спокойствия 13 сентября 1862 года изъял Дивеевский монастырь из Нижегородской епархии и передал его в Тамбовскую епархию, под управление преосвященного Феофана.

Вот таким сложным и тяжелым путем разрешился многолетний конфликт, который не давал спокойно жить дивеевским сестрам по правилам отца Серафима. После этих тяжелых испытаний в Серафимо-Дивеевском монастыре надолго воцарилось спокойствие и началась новая, мирная жизнь.

Через два года начальницу Серафимо-Дивеевского монастыря Елизавету Ушакову постригают в монашество с именем Мария, и сразу же, через восемь дней, она становится игуменьей.

Матушка Мария управляла монастырем 43 года. Под ее руководством формируется архитектурный ансамбль монастыря. Возводятся такие значительные сооружения, как Троицкий собор, игуменский корпус, трапезная, колокольный корпус, и много других жилых и хозяйственных построек.

Серафимо-Дивеевский монастырь

Вид Серафимо-Дивеевского монастыря с южной стороны. ХIХ в. www.pecherskiy.nne.ru

В 1870 году при монастыре открылся приют для девочек разных возрастов и сословии. Приют назывался Александрийским, так как он содержался на средства императорского двора.

К началу XX века Серафимо-Дивеевский монастырь становится крупнейшим в России женским монастырем.

В январе 1903 года на самом высоком уровне принимается решение о причислении великого старца Серафима к лику святых. Для Дивеевского монастыря это очень важное и значимое событие, которого сестры ждали давно. В Троицком соборе в ожидании причисления отца Серафима к лику святых специально не освящали левый престол. В монастыре знали о возможном приезде государя императора Николая II и готовились к торжественной встрече. Сразу после окончания торжеств в Сарове, посвященных прославлению преподобного Серафима Саровского, император Николай II вместе с императрицей Александрой Федоровной и великими князьями направился в Дивеевский монастырь.

Дивеевская обитель

Дивеевская обитель готовится к встрече царственных богомольцев. 1903г.

У собора Пресвятой Троицы их встречал преосвященный Нектарий, епископ Нижегородский, и многие священнослужители. Царская фамилия осмотрела придел, подготовленный для освящения в честь преподобного старца Серафима. После этого высочайшие особы посетили покои настоятельницы монастыря игуменьи Марии и слушали литургии в домовом храме в честь равноапостольной Марии Магдалины. Затем посетили церковно-приходскую школу с приютом для девочек. Ученицы подарили императрице Александре Федоровне два теплых одеяла, которые они связали для царских детей.

Игуменский корпус

Выход царственных особ из игуменского корпуса. 1903г.

Царские особы посетили Преображенскую (кладбищенскую) церковь, алтарь которой был сделан из кельи преподобного старца Серафима, стоявшей на Дальней пустынке в Сарове. Затем они направились к Ближней пустынке преподобного старца, заключенной для сохранности в специально сделанную наружную постройку. Затем высочайшие особы посетили живописную мастерскую монастыря.

Ближняя пустынка

Царская чета в Дивееве выходит из Ближней пустынки преподобного Серафима. 1903г.

Николай II и Александра Федоровна посетили также Пашу Саровскую, которая многие свои слова и понятия показывала на куклах. К приезду императорской фамилии она приготовила куклу в виде мальчика, что говорило о рождении будущего наследника. В царской семье к этому времени было уже четыре дочери.

Автору этих строк монахиня Маргарита так рассказывала о встрече Паши Саровской с Николаем II:

- Паша Саровская, встретив царствующих особ у себя дома, сказала: «Колька и Сашка этот ваш» и показала на «кукленка». «А ты, Колька, садись на порог». Николай II спросил: «Почему на порог?» На это Паша ответила: «Скинут будешь».

А вот как монахиня Серафима (С.А. Булгакова) рассказывала о встрече Николая II с Пашей Саровской:

- Ждали царя, но Паша не разрешила убирать со стола, на котором стояла сковородка с жареной картошкой и холодный самовар. Убирали со стола и стелили ковер уже при высочайших особах. Когда они вошли в дом, все люди вышли, оставив их одних. Паша начала говорить, но Николай II ее речь не понял и попросил, чтобы старшая сестра, живу-щая при Паше, вошла и разъяснила смысл сказанного.

Когда стали прощаться, Паша открыла комод и вынула новую скатерть — льняной холст ручной работы (она сама пряла нитки). Расстелила ее на столе и стала класть гостинцы: отколотую часть головки сахара, несколько крашеных яиц и еще несколько кусков сахара. Все это она завязала в узел очень крепко, несколькими узлами, и, завязывая, она от усилия даже приседала. Этот узел Паша дала государю в руки со словами: «Государь, неси сам, - и протянула руку, - а нам дай денежку, нам надо избушку строить». Под избушкой она имела в виду строящийся новый собор.

У государя с собой не было денег, за ними сразу послали и принесли. Государь сам дал Паше кошелек с золотом, его сразу же передали игуменье Марии.

Когда государь уходил, он сказал, что Параскева Ивановна - единственная раба Божия, потому что все принимали его как царя, а она одна приняла его как простого человека.

Паша Саровская

Святая блаженная схимонахиня Параскева (Паша Саровская). 1906г.

От Параскевы Ивановны высокие гости поехали к Елене Ивановне Мотовиловой. Государю было известно, что она хранила переданное ей А.Н. Мотовиловым письмо, написанное преподобным Серафимом и адресованное государю. Письмо император взял, но содержание его осталось неизвестным до сих пор. По сохранившимся рассказам, после прочтения письма Николай II горько плакал.

После посещения Дивеевской обители императором Николаем II Свято-Троицкий Серафимо-Дивеевский монастырь становится знаменитым на всю Россию.

В августе 1904 года умирает игуменья Мария (Ушакова). По ее завещанию настоятельницей монастыря была назначена матушка Александра (Траковская). В должности настоятельницы ее утвердили 10 сентября 1904 года сразу с возведением ее в сан игуменьи. Матушка Александра стала продолжательницей дел игуменьи Марии. Монастырь расширялся, количество построек увеличивалось, росло количество монахинь, проживающих в монастыре. Игуменья Александра так наладила монастырскую жизнь, что обитель стала полностью себя обеспечивать всем необходимым.

Игуменья АлександраИгуменья Александра

Игуменья Серафимо-Дивеевского монастыря Александра (Траковская). Начало ХХв. А.Агапов. «Саров. Дивеево.»

Игуменья Серафимо-Дивеевского монастыря Александра (Траковская). Начало ХХв.]

Территория обители была обнесена оградой протяженностью 2,5 километра. Каменная ограда стояла только с трех сторон, а с западной стороны оставалась деревянной, как бы временной. Дивеевская монахиня Серафима (Булгакова) вспоминала: «По предсказанию старца Серафима монастырь должен был распространиться до самого высокого берега Вичкинзы, в ограду должны были войти Казанская церковь и дома приходского духовенства. Поэтому каменная ограда окружала монастырь только с трех сторон».

Постепенно, с ростом монастырского хозяйства, некоторые постройки стали выноситься и за пределы ограды обители. Возле ворот, вне монастыря, по Саровской дороге располагались гостиницы для богомольцев, а дальше шли дома священников. К 1911 году за монастырем числилось 82 здания, из них 10 были каменными.

Свято-ТроицкийСвято-Троицкий

Вид Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского монастыря с южной стороны. Начало ХХ в.

К 1917 году в Свято-Троицком Серафимо-Дивеевском монастыре проживало более 1,5 тысяч сестер, из них 1474 послушницы и 217 монахинь, а население села Дивеева составляло 520 человек, всего треть от численности мона-стыря.

Храмов в монастыре было девять: собор в честь Пресвятой Троицы, Тихвинская церковь, а под ней церковь в честь иконы Божией Матери «Утоли Моя Печали», Преображенская кладбищенская церковь, при богадельне был домовой храм в честь иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радость», в игуменском корпусе домовой храм Равноапостольной Марии Магдалины, в трапезной храм в память Великого князя Александра Невского, при Казанской церкви были еще два Рождественских храма в честь Спасителя и Божией Матери. Десятый храм достраивался, он был неосвященный, и поэтому его называли «Новый». Предполагалось, что его освятят в честь иконы «Умиление» Божией Матери.

Серафимо-Дивеевский монастырь

План Серафимо-Дивеевского монастыря. Начало ХХ в.

У Дивеевского монастыря казначейских билетов хранилось на сумму 119718 рублей, за 1917 год в монастырь поступило 91185 рублей, а всех денежных средств в монастыре было 210993 рубля. В монастыре имелась своя больница и аптека. Лечились там не только сестры, но и все приходящие в монастырь.

Правило преподобного Серафима в монастыре соблюдалось всегда. По вечерам монахини ходили по Святой Канавке и читали 150 раз молитву «Богородице Дево, радуйся». После каждого десятка молитв читали «Отче наш» и поминали живых и умерших.

Богомольцы

Богомольцы в Дивеево. Фото Дмитриева 1904г.

БогомольцыБогомольцы

Богомольцы, идущие в Серафимо-Дивеевский женский монастырь. Фото Дмитриева 1904г.

Богомольцы, идущие в Серафимо-Дивеевский женский монастырь. Фото Дмитриева 1904г.

Это был период процветания монастыря, но уже надвигались темные тучи грядущих несчастий. В октябре 1917 года произошла Октябрьская революция, которая круто изменила устоявшийся порядок как в России, так и в жизни Серафимо-Дивеевского монастыря. Советская власть была агрессивно атеистической и поэтому начала борьбу по искоренению православия по всей стране.

В декабре 1918 года в Нижнем Новгороде на совещании представителей женских монастырей области было принято решение о принятии новых названий для монастырей - «артелей» и «совхозов». Земля у монастыря была отобрана, из одной части сестер была организована трудовая артель, другая часть стала работать в совхозе. В 1920 году в монастыре числилось только 1092 сестры.

В богадельне жили 83 немощных сестры и еще 70 престарелых сестер по корпусам. В это очень тяжелое время всех живущих в монастыре нужно было прокормить. Сестры работали на полевых работах, вязали чулки на продажу, занимались вышивкой, и это помогало им выжить. Уклад жизни пока оставался прежним - монастырским.

Паломники продолжали идти в монастырь. В Дивеево были сосланы епископ Дмитровский Серафим (Звездинский) и епископ Тамбовский Зиновий (Дроздов). Советская атеистическая власть всеми силами стремилась отучить народ от веры в Бога, были закрыты, разрушены многие храмы по всей России. Наступила очередь и Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского монастыря.

«Принимая во внимание развивающееся притяжение к монастырям всевозможных темных элементов под видом странников и учитывая острую нуждаемость в зданиях для культурных общественных учреждений, школ, изб-читален... монастыри Дивеевский и Понетаевский закрыть». Это выписка из постановления Губисполкома от 10 июня 1927 года.

21 сентября 1927 года официально объявили о закрытии Дивеевской обители, а к 28 сентября все должны были покинуть монастырь. Возникшая монашеская промысловая кооперативная артель была также закрыта, богослужение запрещено. Строения монастыря передали под государственные учреждения и жилье. Девять иконостасов и 927 икон были уничтожены. Из всех имеющихся строений монастыря осталось только 27, остальные разрушили.

Матушка Александра (Траковская) предложила сестрам разъехаться по разным городам и селам.

Многих сестер осудили и сослали в лагеря Средней Азии. Чтобы не пропали бесследно дивеевские святыни, их разделили и раздали надежным, проверенным сестрам.

Епископ Дмитровский Серафим (Звездинский), который был сослан в Дивеевский монастырь, на последней проповеди сказал сестрам такие слова: «Монастырь закрывается, но монашество с вас никто не снимает. Сейчас каждой из вас поднесена чаша, но кто как ее примет, насколько достойно. Кто только к губам поднесет, кто отопьет четверть, а кто и до дна выпьет. До сих пор вы горели одной свечой, а теперь разделяетесь на отдельные маленькие свечечки. Нужно сохранить этот огонь».

Игуменья Александра выбрала для себя город Муром, но большинство сестер осталось в близлежащих от Дивеева деревнях. Некоторые решили уехать в Москву, Нижний Новгород и другие города.

Матушка Александра взяла с собой одну из главных дивеевских святынь - икону Умиления Божией Матери, перед которой молился преподобный старец Серафим и окончилась его земная жизнь.

После смерти матушки Александры хранящиеся у нее святыни перешли ее келейнице монахине Марии (Бариновой), а затем они хранились под Москвой в поселке Кратово у одного священника. А когда наступило другое время, он передал их церкви. В настоящее время икона Божией Матери «Умиление» хранится в Московской патриаршей резиденции.

Божья Матерь

Список с келейной иконы преподобного - образа Божией Матери «Умиление»

Икона Казанской Божией Матери, которую привезла первоначальница Дивеевской обители матушка Александра из Казани, была отдана иеромонаху Серафиму (Смыкову), он хранил ее в полном затворе в Краснодаре. Но во время войны в 1942 году он бежал с иконой в Югославию, где был пойман советскими солдатами. Икону Казанской Божией Матери выставили на продажу, оценив ее в полмиллиона рублей. Православные христиане начали собирать деньги, но такую огромную сумму собрать не смогли. Икону продали Фатимскому католическому монастырю за три миллиона долларов. Сейчас она хранится там как главная святыня.[1]

В 1937 году в Дивееве закрылась приходская Казанская церковь. Для монахинь обители начался второй круг арестов. Судили «тройки» — трое наделенных властью людей могли полностью решить судьбу человека, вплоть до смертной казни. Многих сестер и священников сослали в лагеря Средней Азии.

В 1940-50 годы бывшая монастырская территория подверглась значительной перепланировке и застройке частным жильем. Здания соборов сохранились, но долгие годы находились в запустении. Святая Канавка, где прошли стопочки Божией Матери, была сровнена с землей. Участки Канавки можно было определить только по растущим вдоль нее деревьям.

За годы советской власти село значительно выросло. В 1965 году в состав Дивеева вошла деревня Вертьяново, что значительно увеличило численность села.

Дивеевские монахини, отсидевшие свои сроки, стремились вновь попасть в Дивеево. Руководителю исторического объединения «Саровская пустынь» довелось встречаться с двумя монахинями, дожившими до восстановления монастыря.

Матушка Маргарита жила в небольшой избушке за рекой Вичкинзой, где раньше была деревня Вертьяново. В конце 80-х годов члены исторического объединения приехали к ней, чтобы расспросить ее о монастырской жизни и о приезде последнего императора Николая II. Ей уже было более 70 лет, и, будучи в полном здравии и уме, она рассказала нам о своей тяжелой судьбе и все, что знала об истории Дивеевского и Саровского монастырей. Показала вещи преподобного Серафима, которые она хранила у себя: медный крест, поручи, рукавички и горшочек. Этот горшочек она надевала на голову приходящим к ней паломникам, и они получали от него исцеление.

Матушка Маргарита посоветовала поговорить с живущей в Выездном монахиней Серафимой (Софьей Александровной Булгаковой), поскольку она более грамотная и у нее хранятся записи о монастыре. Действительно, у Софьи Александровны были написаны воспоминания о Сарове и о Дивееве, которые очень помогли в восстановлении истории как Саровского, так и Серафимо-Дивеевского монастырей. Позже эти воспоминания, напечатанные на машинке, были опубликованы в различных изданиях, и до сих пор они читаются с большим интересом.

Матушка Серафима умерла в 1991 году и похоронена на кладбище в селе Выездном. Рассказывают, что на ее могиле происходят чудеса. Матушка Маргарита пережила матушку Серафиму на шесть лет. Она дожила до открытия монастыря и приняла схиму. Похоронена она за алтарем Троицкого собора, чуть дальше могил Дивеевских блаженных.

Свято-Троицкий монастырьСвято-Троицкий монастырь

Вид Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского монастыря с реки Вичкинзы. 70-е года ХХ века. www.galereia.ru

Вид Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского монастыря с самолета. 1990г. А.Агапов. «Саров. Дивеево.»

Возрождение обители началось в 1988 году, когда в Дивееве была зарегистрирована религиозная община. Дивеевский исполком выделил дом рядом с Казанским источником. На крыше этого дома сделали луковицу с крестом, и простая изба стала храмом.

22 апреля 1989 года храм был освящен в честь иконы Казанской Божией Матери. В 1990 году церковной об-щине отдали монастырский Троицкий собор. 31 марта 1990 года состоялось освящение главного Дивеевского собора в честь Пресвятой Троицы. А уже 1 августа, в день памяти преподобного Серафима Саровского, были освящены два боковых придела собора один в честь преподобного старца Серафима, а другой - в честь иконы «Умиление».

В конце 1990 года произошло чудо - были обнаружены мощи преподобного Серафима Саровского. Долгое время они лежали в Музее истории атеизма и религии в Санкт-Петербурге. Открытие мощей стало значительным событием для всей православной России.

21 июля 1991 года Святейший Синод объявил о восстановлении Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского монастыря. А уже 29 июля в торжественной обстановке, с остановками в больших городах, рака с мощами преподобного старца Серафима Саровского была доставлена в Дивеево и установлена в Троицком соборе.

На всем пути, по которому следовали мощи великого молитвенника земли Русской, тысячи и тысячи людей выходили на улицы поклониться мощам великого старца и попросить у него помощи: «Моли Бога о нас, старче Серафиме».

прибытие Мощей

Прибытие святых мощей преподобного Серафима Саровского в Дивеево 31 июля 1991г. А.Агапов. «Саров. Дивеево.»

17 ноября 1991 года митрополит Нижегородский и Арзамасский Николай (Кутепов) посвятил в сан игуменьи монахиню Сергию (Конкову), несшую послушания в Рижском монастыре. Она приложила много сил для восстановления Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского монастыря.

Огромное влияние на становление монастыря оказали два больших праздника: 100 лет со дня прославления преподобного Серафима Саровского в 2003 году и 250 лет со дня его рождения в 2004 году. Архитектурный ансамбль монастыря преобразился. Паломники, приезжающие в Дивеево, попадают в благоустроенный монастырь и знакоятся со многими восстановленными храмами и зданиями.

Большие работы проделаны по восстановлению Святой Канавки, которую выкопали дивеевские сестры еще при жизни отца Серафима. В советское время паломники, которые приезжали в Дивеево, ходили по засыпанной Канавке, ее определяли по деревьям, посаженным вдоль нее в монастырское время. Ее точное местоположение без раскопок определить было невозможно. В настоящее время Святая Канавка полностью восстановлена и тысячи людей проходят по ней, читая мысленно молитвы.

Богородичная канавка

Начало Богородичной Канавки. 2006г. www.forum.flot.su

Свято-Троицкий Серафимо-Дивеевский женский монастырь — один из самых больших в России. Попасть в него стремятся тысячи паломников со всей России и из многих зарубежных стран. Это одно из самых известных святых мест России.

А.Агапов. «Саров. Дивеево». Саров. 2006г.

[1] Достоверного подтверждения информации о том, что икона Казанской Божией Матери, хранившаяся в Фатимском монастыре, имеет отношение Серафимо-Дивеевскому Свято-Троицкому монастырю нет.

Организация паломничества в Свято-Троицкий Серафимо-Дивеевский монастырь: +79027852398

Источник: http://diveevo.biz/history